Эми Уайнхаус мечтала о большой семье с мужем

Эми Уайнхаус мечтала о большой семье с мужем Блейком Филдер-Сивилом и о том, чтобы состариться вместе с ним. Об этом стало известно из ранее не публиковавшегося интервью, которое вышло спустя 15 лет после смерти певицы.

Обладательница «Грэмми», умершая в возрасте 27 лет от случайного отравления алкоголем в июле 2011 года, откровенно говорила о браке, материнстве и будущем всего через три дня после свадьбы с Филдер-Сивилом в 2007 году.

Интервью, опубликованное в Британии, даёт интимный взгляд на её планы до того, как их бурные отношения закончились разводом в 2009 году. «Мы хотим кучу детей. Если бы я забеременела, то всё бы так и было», — говорила тогда Уайнхаус.

Слова исполнительницы хита Back to Black позволяли предположить, что она была готова отложить успешную музыкальную карьеру ради материнства, хотя уже получила международное признание благодаря своему узнаваемому сочетанию джаза, соула и современного попа.

Когда её спросили, представляет ли она себя вместе с Филдер-Сивилом ещё 30 лет, Уайнхаус кивнула и выразила уверенность, что их отношения продлятся всю жизнь. «Я знаю, что мы умрём вместе. (Когда состаримся)… да», — добавила она.

Певица также описала эмоциональную уверенность в своём браке, объяснив, что глубокая влюблённость изменила её взгляд на отношения. «Ты доходишь до момента, когда понимаешь, что на самом деле не хочешь быть ни с кем другим, — отметила она. — Это как: “Зачем тебе вообще когда-либо хотеть быть с кем-то ещё?” Понимаешь, о чём я? Когда ты влюблён в кого-то».

Брак Уайнхаус и Филдер-Сивила стал предметом пристального внимания таблоидов, а их отношения развивались на фоне борьбы певицы с зависимостью и проблемами с психическим здоровьем.

В интервью Уайнхаус также размышляла о переживаниях депрессивных состояний и объяснила, почему сомневалась насчёт лекарств и профессиональной психологической помощи. «Я бы никогда не стала принимать лекарства. Я делала это, когда была моложе», — сказала она.

Говоря о более раннем опыте борьбы с психическими трудностями, она добавила: «Да… я сидела на таблетках… и у меня были довольно резкие перепады настроения. Я ходила ко многим людям. Терапия и всё такое. Но я так и не встретила никого, кто бы мне понравился. Всё нормально; я музыкант. Ты обычно выписываешь то, что чувствуешь».

Уайнхаус настаивала, что написание песен было важным способом выразить эмоции, хотя признавала, что другим людям психологическое лечение может пойти на пользу. «Не знаю. Я не против терапии. Если что-то тебе подходит, значит, работает», — сказала она.

Интервью также возвращалось к её всё более сложным отношениям с таблоидной прессой, включая публикацию фотографий, на которых, как казалось, у неё на носу было белое вещество. Уайнхаус оспаривала подлинность снимков, утверждая, что их обработали.

«Да, это было глупо. Очевидно, фальшивка. Мне было смешно. Видно, что они взяли фото и налепили что-то мне на нос», — сказала она. Её отец Митч, которому сейчас 75, был особенно расстроен освещением в прессе и думал о том, чтобы пойти на разговор с газетами из-за их обращения с его дочерью.

Вспоминая его реакцию, Уайнхаус говорила: «Он сказал, что собирается позвонить в эту газету и в ту. Я такая: “Это бессмысленно”. Я сказала: “Папа, ты ничего не можешь сделать”».

Уайнхаус стала одной из самых прославленных певиц Британии, преобразив современный соул благодаря необычайному голосу, исповедальным текстам и узнаваемому стилю. Её прорывной альбом Frank получил признание критиков в 2003 году, а Back to Black в 2006-м принёс ей мировую славу.

В него вошли такие хиты, как Rehab, You Know I«m No Good и Love Is a Losing Game, что помогло ей получить пять премий «Грэмми» в 2008 году. Несмотря на смерть, влияние Уайнхаус сохраняется и вдохновляет таких артистов, как Адель, Леди Гага и Lana Del Rey. Её наследие также живёт благодаря Фонду Эми Уайнхаус, созданному для поддержки уязвимых молодых людей.