Сын: Джо Байдена раздавили из-за непричастности к Эпштейну

По данным СМИ, Хантер Байден выступил с резкой критикой в адрес обеих политических партий, которые, по его словам, отвернулись от его отца, стареющего президента Джо Байдена. 56-летний Хантер дал откровенное интервью подкастеру Кэндис Оуэнс.

«Что-то изменилось, Кэндис. Дело не в левых или правых, — заявил Хантер. — Вашингтонская элита из левого лагеря раздавила моего отца, потому что он никогда не был частью этого клуба. Он никогда не был частью круга (Джеффри) Эпштейна».

По всей видимости, Хантер имел в виду группу влиятельных политиков, неоднократно фигурировавших в документах по делу Эпштейна, — среди них бывшие президенты Дональд Трамп и Билл Клинтон.

Отношения Джо Байдена с Камалой Харрис, сменившей его в предвыборной гонке 2024 года, закончились, как сообщается, горько. В своей откровенной книге Харрис написала: «Мои чувства к нему были основаны на теплоте и преданности, но со временем они осложнились болью и разочарованием». Она также отметила, что после тёплого приёма в начале кампании отношение Байдена к ней изменилось после выборов.

Говоря о себе, Хантер признался Оуэнс: «Я слышал, как ты много раз называла меня крэкоманом, и по правде говоря, я им был». Он описал момент, когда достиг дна: «Мой брак распался, и начался очень тёмный цикл. Брат позвонил и сказал: „Это должно прекратиться“… И это поставило меня перед выбором: встать с постели и жить или умереть».

Ранее Хантер писал в мемуарах, что в разгар зависимости его ежедневный рацион состоял из «бутылки водки и как можно большего числа затяжек крэковой трубки». Ситуация настолько вышла из-под контроля, что Джо Байден, занимавший тогда пост вице-президента при Бараке Обаме, приехал к нему домой. «Я знаю, что у тебя всё не в порядке, Хантер. Тебе нужна помощь», — якобы сказал отец.

Несмотря на все проблемы, сын подчеркнул, что отец никогда не отворачивался от него. «Он никогда не давал мне забыть, что ещё не всё потеряно. Он никогда не бросал меня, не отвергал и не осуждал, как бы плохо ни было — а поверьте, потом стало гораздо хуже», — рассказал Хантер.